Неточные совпадения
Не успели мы ступить несколько шагов, как нам навстречу из-за густой ракиты выбежала довольно дрянная легавая собака, и вслед за ней появился человек среднего роста, в
синем, сильно потертом сюртуке, желтоватом жилете, панталонах цвета гри-де-лень или блё-д-амур [Розовато-серого (от фр. gris de lin)… голубовато-серого (от фр. bleu d’amour).], наскоро засунутых в дырявые сапоги, с красным
платком на шее и одноствольным ружьем за плечами.
Носил он просторный
синий сюртук с длинными рукавами, застегнутый доверху, шелковый лиловый
платок на шее, ярко вычищенные сапоги с кистями и вообще с виду походил на зажиточного купца.
Я обернулся и увидел маленькую крестьянскую девочку, лет восьми, в
синем сарафанчике, с клетчатым
платком на голове и плетеным кузовком на загорелой голенькой руке.
Отзвонив, он вытирал потный череп, мокрое лицо большим
платком в
синюю и белую клетку, снова смотрел в небо страшными, белыми глазами, кланялся публике и уходил, не отвечая на похвалы, на вопросы.
Одетый в
синий пиджак мохнатого драпа, в тяжелые брюки, низко опустившиеся на тупоносые сапоги, Томилин ходил по столовой, как по базару, отирал
платком сильно потевшее, рыжее лицо, присматривался, прислушивался и лишь изредка бросал снисходительно коротенькие фразы. Когда Правдин, страстный театрал, крикнул кому-то...
Тут же встретила нас и его жена, каначка, седая, смуглая, одетая в
синее бумажное платье, с
платком на голове, как наши бабы. Особо выстроена была тоже хижина, где эта чета обедала: по крайней мере, заглянув, я видел там посуду, стол и разную утварь. Две собаки, с повисшими хвостами и головами, встретили тоже нас.
Бережно вынул он из пазухи башмаки и снова изумился дорогой работе и чудному происшествию минувшей ночи; умылся, оделся как можно лучше, надел то самое платье, которое достал от запорожцев, вынул из сундука новую шапку из решетиловских смушек с
синим верхом, который не надевал еще ни разу с того времени, как купил ее еще в бытность в Полтаве; вынул также новый всех цветов пояс; положил все это вместе с нагайкою в
платок и отправился прямо к Чубу.
Не говоря ни слова, встал он с места, расставил ноги свои посереди комнаты, нагнул голову немного вперед, засунул руку в задний карман горохового кафтана своего, вытащил круглую под лаком табакерку, щелкнул пальцем по намалеванной роже какого-то бусурманского генерала и, захвативши немалую порцию табаку, растертого с золою и листьями любистка, поднес ее коромыслом к носу и вытянул носом на лету всю кучку, не дотронувшись даже до большого пальца, — и всё ни слова; да как полез в другой карман и вынул
синий в клетках бумажный
платок, тогда только проворчал про себя чуть ли еще не поговорку: «Не мечите бисер перед свиньями»…
Иван Федорович вскочил и изо всей силы ударил его кулаком в плечо, так что тот откачнулся к стене. В один миг все лицо его облилось слезами, и, проговорив: «Стыдно, сударь, слабого человека бить!», он вдруг закрыл глаза своим бумажным с
синими клеточками и совершенно засморканным носовым
платком и погрузился в тихий слезный плач. Прошло с минуту.
Слева — бабы в красных шелковых
платках, плисовых поддевках, с яркокрасными рукавами и
синими, зелеными, красными, пестрыми юбками, в ботинках с подковками.
В доме была суета. Закладывали коляску, старомодную карету. Кучера оделись в
синие новые кафтаны, намазали головы коровьим маслом и с утра напились пьяны. Дворовые женщины и девицы пестрели праздничными, разноцветными ситцевыми платьями,
платками, косынками, ленточками. От горничных за десять шагов несло гвоздичной помадой.
Старик посмотрел на меня, опуская одну седую бровь и поднимая другую, поднял очки на лоб, как забрало, вынул огромный
синий носовой
платок и, утирая им нос, с важностью сказал...
Чтоб потерю этого стакана сделать еще чувствительнее, рябенький квартальный, обтирая
синим табачным
платком губы, благодарил меня, приговаривая: «Мадера хоть куда».
Бабушка умылась, закутала
платком вспухшее,
синее лицо и позвала меня домой, — я отказался, зная, что там, на поминках, будут пить водку и, наверное, поссорятся. Дядя Михаил еще в церкви вздыхал, говоря Якову...
Села у окна и, посасывая губу, стала часто сплевывать в
платок. Раздеваясь, я смотрел на нее: в
синем квадрате окна над черной ее головою сверкали звезды. На улице было тихо, в комнате — темно.
Носовой
платок синий, клетчатый, бумажный, в состоянии неприличном-с.
Присел на приступочке, снял фуражку,
синим бумажным
платком лицо отер.
Навезет, бывало, он Дуне всяких гостинцев, а как побольше выросла, целыми кусками ситцев, холстинок,
платков,
синих кумачей на сарафаны, и все это Дуня, бывало, ото всех потихоньку, раздаст по обителям и «сиротам», да кроме того, самым бедным из них выпросит денег у отца на раздачу…
Только что вышли гости, показался в передней Василий Фадеев. Разрядился он в длиннополую сибирку тонкого
синего сукна, с мелкими борами назади, на шею повязал красный шелковый
платок с голубыми разводами, вздел зеленые замшевые перчатки, в одной руке пуховую шляпу держит, в другой «лепортицу». Ровно гусь, вытянул он из двери длинную шею свою, зорко, но робко поглядывая на хозяина, пока Марко Данилыч не сказал ему...
— Ходил на Гребновску, — начал Василий Петрович, отирая
синим бумажным
платком раскрасневшееся и вспотелое лицо. — Со вчерашнего, слышь, только дня торговля у них маленько зашевелилась. Про цены спрашивал — сказали, по два рубля по сороку продают.
Старухи все в
синем, с темными матерчатыми, затканными золотом головными
платками; молодицы в ситцевых и шелковых сарафанах с яркими головками, а заневестившиеся девицы в московских сарафанах с белоснежными рукавами и с цветными платочками на головах.
Вдруг тихими, неслышными шагами вошла Анисья Терентьевна Красноглазиха, в обычном темно-синем сарафане, в черной душегрейке, повязанная по голове белым
платком в знак похоронной печали, и с толстой книгой под мышкой. Помолилась она перед стоявшею в головах покойника иконой, поклонилась в землю Марку Данилычу, потом отвесила низкий поклон Патапу Максимычу.
— Как следует-с, — отвечал Василий Фадеев, судорожно вертя в руках
синий бумажный
платок.
Сенные девушки, в новых холстинковых платьях, наполняют шумом и ветром девичью и коридор; мужская прислуга, в
синих суконных сюртуках, с белыми
платками на шеях, ждет в лакейской удара колокола; два лакея в ливреях стоят у входных дверей, выжидая появления господ.
— Господи! Хотя бы часок один в том граде пребыть, посмотреть бы, как живут там блаженные-то… Чать, тоже хозяйствуют?.. Прядут бабы-то там?.. Коровушки-то есть у них?.. — сердечно вздыхая, спрашивала у людей старушка в
синем сарафане и черном
платке.
Дядя Елистрат по горло сыт, но глаза еще голодны, и потому, нимало сумняся, вынул из-за пазухи
синий бумажный
платок и, завязав в него гуся, сунул в карман — полакомиться сладким кусом на сон грядущий.
— Премудрости Господни! — глубоко вздохнула старушка в темно-синем сарафане с набойчатыми рукавами, покрытая черным
платком вроспуск. — А ведь сказывают, видят же иные люди ту святыню Божию.
Вот за гробом Насти, вслед за родными, идут с поникшими головами семь женщин. Все в
синих крашенинных сарафанах с черными рукавами и белыми
платками на головах… Впереди выступает главная «плачея» Устинья Клещиха. Хоронят девушку, оттого в руках у ней зеленая ветка, обернутая в красный
платок.
Тут завидела Таня, что идет к ней навстречу с другого конца деревни высокая, статная женщина, далеко еще не старая, в темно-синем крашенинном сарафане с оловянными пуговками, в ситцевых рукавах, с пестрым бумажным
платком на голове и лычным пестером [Пестер, иначе пещур, — заплечная котомка из лыка, иногда прутьев.] за плечами. Бодрым ходом подвигается она к Тане. Поравнявшись, окинула девушку пытливым, но добрым и ласковым взором и с приветной улыбкой ей молвила...
— Слушаю, матушка, беспременно пришлю, — отирая глаза свернутым в клубок
синим бумажным
платком, с низким поклоном ответила Таисея. — Как часы отправим, так и пришлю.
Круциферская была поразительно хороша в эту минуту; шляпку она сняла; черные волосы ее, развитые от сырого вечернего воздуха, разбросались, каждая черта лица была оживлена, говорила, и любовь струилась из ее
синих глаз; дрожащая рука то жала
платок, то покидала его и рвала ленту на шляпке, грудь по временам поднималась высоко, но казалось, воздух не мог проникнуть до легких.
Некрасивая Дарья, видимо, разделяла это мнение и ревниво поглядела на родительское ружье. Она была в ситцевом пестреньком сарафане и белой холщовой рубашке, голову повязывала коричневым старушечьим
платком с зелеными и
синими разводами.
На улицах и у ворот почти исключительно встречаются одни женщины, в неизменных темно-синих сарафанах, с пуговицами, идущими до низу, и с черными миткалевыми
платками на головах, закалывающимися у самого подбородка, вследствие чего лицо представляется как бы вставленным в черную рамку.
На этот крик выбежала баба высокая и плотная, в
синем сарафане, подвязанная черным
платком. Это была сама хозяйка дома, которая вмиг поняла, в чем дело.
Я начал делать у себя тщательный боковой пробор на голове, приглаживал мокрою щеткою волосы, чтоб лежали, как я хотел; из-за серебряно-позументного воротника
синего мундирчика стал выпускать крахмальный воротничок. На собственные деньги купил маленький флакон духов и надушил себе
платок.
Дед, в бабушкиной кацавейке, в старом картузе без козырька, щурится, чему-то улыбается, шагает тонкими ногами осторожно, точно крадется. Бабушка, в
синей кофте, в черной юбке и белом
платке на голове, катится по земле споро — за нею трудно поспеть.
— Теперь я начинаю, — молвил майор, и точно фотограф, снимающий шапочку с камерной трубы, дал шаг назад и, выдвинув вперед руку с
синим бумажным
платком, громко и протяжно скомандовал: р-а-з, д-в-а и… Выстрел грянул.
Напутствуемый пожеланиями веселой ночи, вышел на палубу, где застал Дэзи в новом кисейном платье и кружевном золотисто-сером
платке, под руку с Тоббоганом, на котором мешковато сидел
синий костюм с малиновым галстуком; между тем его правильному загорелому лицу так шел раскрытый ворот просмоленной парусиновой блузы.
Армянин — лавочник в
синей черкеске тонкого сукна с галунами стоял у отворенной двери, в которую виднелись ярусы свернутых цветных
платков, и с гордостию восточного торговца и сознанием своей важности ожидал покупателей.
Хоронили Никона как-то особенно многолюдно и тихо: за гробом шли и слободские бедные люди, и голодное городское мещанство, и Сухобаев в чёрном сюртуке, шла уточкой Марья, низко на лоб опустив
платок, угрюмая и сухая, переваливался с ноги на ногу задыхавшийся
синий Смагин и ещё много именитых горожан.
Другой раз он видел её летним вечером, возвращаясь из Балымер: она сидела на краю дороги, под берёзой, с кузовом грибов за плечами. Из-под ног у неё во все стороны расползлись корни дерева. Одетая в
синюю юбку, белую кофту, в жёлтом
платке на голове, она была такая светлая, неожиданная и показалась ему очень красивой. Под
платком, за ушами, у неё были засунуты грозди ещё неспелой калины, и бледно-розовые ягоды висели на щеках, как серьги.
На девушке не было ничего, кроме коричневой юбки и легкого белого
платка с
синей каймой, накинутого поверх плеч.
Пестрые
платки вдруг перемежаются
синими, зелеными и темными картузами фабричных.
Немец откашлянулся и с особенным чувством, с треском высморкался в
синий бумажный
платок гамбургского изготовления и приятельским тоном дорфбарбира произнес...
На койке сидела согнувшись старуха в белом
платке и темно-синем сарафане.
Сколько чепцов! сколько платьев! красных, желтых, кофейных, зеленых,
синих, новых, перелицованных, перекроенных;
платков, лент, ридикулей!
По сторонам двора уставлены были двумя длинными глаголями [Глаголи — буквы.] столы, нагруженные разными съестными припасами; оба края стола обнизали крестьяне, не смевшие пошевелиться и не сводившие глаз с лакомых кусков, которые уже мысленно пожирали; в середине возвышался изжаренный бык с золотыми рогами; на двух столбах, гладко отесанных, развевались, одни выше других, цветные кушаки и
платки, а на самой вершине
синий кафтан и круглая шляпа с разноцветными лентами; по разным местам, в красивой симметрии, расставлены были кадки с вином и пивом.
Она лежала навзничь. Короткая шубейка из вычерненной дубленой овчины красиво облегала ее стройный стан; из-под темно-синего сарафана выглядывали маленькие ножки, обутые в валенки, на раскинутых миниатюрных ручках были надеты шерстяные рукавички; пряди золотистых волос выбились из-под большого
платка, окутывавшего голову, на лоб, как бы выточенный из мрамора. Глаза княжны были закрыты, и темные, длинные ресницы рельефно оттеняли бледное, без кровинки красивое лицо с побелевшими полураскрытыми губами.
И это настроение молоденькой сербки передалась невольно и её юным подругам. Лица девушек прояснились; носовые
платки постепенно исчезли и вновь загоревшиеся оживлением
синие, серые, карие и черные глазки устремились в смуглое лицо Милицы.
Ну, не наше дело рассуждать, а знает про то кофейный шелковый
платок, который не раз в таком случае слетал с маменькиной головы, несмотря на то, что навязан был на подкапок из
синей сахарной бумаги.